ВВЕДЕНИЕ

Неотложные потребности коренного улучшения дела охраны, реставрации и использования культурного наследия по стране в целом и для каждой союзной республики отдельно, вытекающие из постановления ЦК КПСС и Совета Министров СССР "О мерах по дальнейшему развитию изобразительного искусства и повышению его роли в коммунистическом воспитании трудящихся", вынуждают заново проанализировать, оценить и пересмотреть тенденции развития реставрационной науки и практики. В последние годы с особым накалом обсуждались структурно-организационные, планово-финансовые, кадровые, снабженческие неувязки дела реставрации памятников культуры. Отчасти в тени находились аспекты научно-теоретического и методологического характера. Сейчас, однако, они стали выходить на первый план широкого общественного и ведомственного внимания, свидетельством чему явилось проведение первой пока что за все время существования отечественной реставрации методологической конференции в октябре 1987 г. силами Академии художеств СССР и ВНИИР с широким представительством союзных республик, ведущих организаций отрасли, музеев, Научно-методического Совета.

Дискуссиями на этой конференции, выступлениями печати и других средств массовой информации было с особой четкостью выявлено глубоко неудовлетворительное состояние понятийно-категориального аппарата реставрационной науки, обнажены застарелые неоформленность, приблизительность, расплывчатость самых ключевых понятий в отрасли. Вместо тщательно отработанной и лексикологически отфильтрованной терминологии в ней процветает весьма непритязательный профессиональный жаргон, к тому же толкуемый на разные лады и подразделяющийся сообразно со специализациями на подвиды. V реставраторов в ходу один такой подвид, у биологов другой, у музейных работников третий. По этой причине один и тот же термин может получить три и более разных толкования, а участники реставрационных советов принимаются оспаривать правомерность словоупотребления коллег. Из опыта работы с документами Комиссии по аттестации реставраторов Министерства культуры СССР можно заключить, что эта чересполосица взглядов, мнений и толкований подчас непосредственно и в нежелательную сторону сказывается на судьбах подвергшихся реставрации памятников.

Отражением прискорбного состояния отраслевой терминологии и нередко методологии предстают регулярно публикуемые самыми различными учреждениями методические рекомендации для реставраторов, издаваемые не только теми, кому это вменено в служебные обязанности, но и Минпросом СССР, кафедрами археологии и др. В большинстве это довольно примитивные рабочие инструкции для ремесленников, не ведающих даже начатков теории и методологии реставрации, например, по обработке кости, камня, металла тем или иным инструментом, растворителями и тд.

Для выхода на подлинно научно обоснованный уровень реставрационной практики необходима основательная перестройка всей системы подготовки, выпуска и распространения отраслевой инструктивно-методической литературы. В методических рекомендациях для специалистов реставрационного дела, как это стало очевидно по итогам серии конференций последних лет, непременно должны в лаконичной форме отразиться четко заявленные теоретические установки, без чего памятники окончательно падут жертвой эмпирики и вкусовщины, слегка маскируемых под эстетическую интерпретацию. Но этого нельзя сделать без доработки теоретических понятий и терминологии, без поиска новых, более действенных жанров справочно-информационных и инструктивно-методических изданий, словом, без крутой переоценки отраслевого багажа, столь привычного многим работникам. На робкие попытки его ревизии они до сих пор отвечают жестким сопротивлением, вполне довольствуясь застойными ситуациями той поры, когда было принято гордиться тем, что "руки умнее головы". В самом общем виде идейное кредо поборников старины в отрасли сводится в конечном виде к предпочтению глубокой реставрации с далеко идущим вторжением в образ перед консервацией. Как раз консервация и требует скрупулезного очерчивания нерушимых методологических границ, тогда как радетели реставрационного соавторства с творцами реставрируемых оригиналов легко обходятся без строгой регламентации понятий и процедур. Им она только мешает. Чем неопределеннее слова и нормы, тем легче придать им требуемое моментом содержание и прикрыться тем от любой критики, оправдать самый вопиющий методологический произвол.

Накал идейно-теоретического противоборства на упомянутой конференции 1987 г. повлек за собой необходимость детального разбора скопившихся в нашей реставрации методических разработок и поиска путей их совершенствования. Именно этому, пробному поиску таких путей и посвящен настоящий сборник. На одном из них ищется желаемое, но очень трудное уточнение ключевых понятий и теоретических постулатов нашей дисциплины. На это наделены предлагаемые ниже публикации. На другом предлагаются заново осмысленные методические разработки с указанием того, как их надо читать и толковать, с показом новых нетривиальных подходов к предреставрационным исследованиям, к принципиальной перестройке реставрационной документации с использованием машинной графики. Здесь же уточняется ряд частных на первый взгляд, но весьма существенных моментов. Этот второй тематический блок составляют статьи, помещенные в этом сборнике.

Полное отсутствие теоретического и методологического единства в отрасли, засилье эмпирики и вкусовых подходов во многом вытекают из отсутствия в стране единой государственной системы охраны памятников и из ведомственной чересполосицы. Сейчас, когда на повестке дня стоят децентрализация и необходимость решения важнейших вопросов на местах, казалось бы, самое время предоставить выработку научных основ реставрации специалистам в республиках и областях. Но практическое сохранение культурного наследия и методический контроль только на уровне республик повлекли бы за собой те же по масштабу последствия, какие возникли бы из допущения отдельных республиканских систем мер и весов, независимых от единого стандарта. Собственно, нечто подобное и происходит наяву при весьма умеренном сопротивлении Научно-методического совета и Комиссии по аттестации реставраторов Министерства культуры СССР. На местах подчас принимают ошеломляющие по методологической несостоятельности решения: будь то комплекс Биби-Ханым в Самарканде или икона Успение из Павло-Обнорского монастыря в Вологде. Едва ли нужно всерьез доказывать, что руководящие инструктивные материалы и научно-методические разработки отрасли должны исходить из единых теоретических установок и единообразно толкуемых понятий.

Однако до такого положения еще очень и очень далеко. На этом пути делаются самые первые шаги. Одним из них по замыслу составителей и авторского коллектива должен явиться настоящий сборник. Если какие-то из выдвигаемых в нем точек зрения покажутся спорными, ничего удивительного в том не будет. Аля начального этапа развития очень молодой еще реставрационной науки это, разумеется, естественно. Хотелось бы напомнить, что аргумент в науке предпочитается авторитету. Пусть обсуждение специалистами этого первого опыта будет способствовать выяснению взаимных позиций и отысканию наиболее правильных методологических ориентиров.