УНИФИЦИРОВАННОЕ ОПИСАНИЕ ПАМЯТНИКОВ ИСТОРИИ И КУЛЬТУРЫ (ВНЕМУЗЕЙНЫЙ ФОНД)

Всегда актуальное, требование сохранения и использования культурного наследия в последние годы приобрело особую остроту. Практика убеждает - сегодня управление охраной и использованием памятников истории и культуры невозможно без налаженной системы государственного учета и эффективно действующей информационной службы. Компетентное управление - в основе своей проблема информационной осведомленности. Специалистами она формулируется следующим образом: "крайне необходимо знать, где что хранится и в каком состоянии". Тезис "знание - управление" точно характеризует задачу совершенствования методов сбора, хранения и поиска информации, сведения информационных потоков в единую систему.

Уровень информационного обслуживания по тематике учета памятников крайне низок. Организация информационной службы, технология хранения и поиска информации о памятниках Государственного музейного фонда СССР (и в первую очередь это относится к внемузейным собраниям) неразвита и малоэффективна. Процесс получения необходимых сведений с использованием традиционной "бумажной" технологии при современных объемах информации и возрастающей сложности информационных запросов становится все более нерациональным.

Практически невозможен оперативный ответ на запросы, требующие обобщения обширного материала, например, о наличии подписных икон или о сохранности старопечатных книг 1 половины XIX в, в религиозных объединениях страны. В силу своей малодоступности, ибо нереально каждый раз для поиска необходимых сведений вручную просматривать тысячи документов, накопленная информация не используется и тем самым обесценивается.

Таким образом, эффективное информационное обслуживание достигается не простым накоплением, а систематизацией сведений, рациональной организацией хранения и поиска материала. Иначе говоря - повышением его информативной отдачи.

Проблемы информационного обслуживания о внемузейных собраниях непосредственно связаны с организацией государственного учета.

Государственный музейный фонд СССР составляют две основные группы движимых памятников, различаемые по характеру владения и использования: музейные собрания (около 51 млн. единиц хранения в более чем 1 800 музеях страны на 1986 г.) и так называемый внемузейный фонд. Объем последнего точно не определен; значительная его часть до настоящего времени практически не учтена и не изучена.

Внемузейный фонд представлен памятниками, находящимися в собственности или пользовании государственных, колхозно-кооперативных, общественных организаций и учреждений, религиозных объединений, а также частными собраниями. Являясь собственностью государства (за исключением частных коллекций, общественной и колхозно-кооперативной собственности), эти памятники арендуются у государства различными пользователями. Согласно статье 9 Закона СССР "Об охране и использовании памятников истории и культуры", они подлежат выявлению, регистрации и постановке на государственный учет.

Выявление памятников проводится с послевоенного времени(Постановление Совета Министров СССР от 14 октября 1948 г.). В 1970-е гг. в организации государственного учета наметилась возможность позитивных перемен. Были приняты Закон СССР "Об охране и использовании памятников истории и культуры" (1976), Постановление Совета Министров СССР О мерах по предотвращению незаконного вывоза культурных ценностей за пределы СССР, а на рубеже 1980-х гг. - республиканские и союзное Положение об охране и использовании памятников истории и культуры. Однако они радикальным образом не улучшили охрану памятников. Несовершенство этих правовых актов породило различное понимание задач учета, организации, форм и методов ее проведения. Еще и сегодня организация государственного учета движимых памятников находится в стадии становления.

Продолжается выявление внемузейных собраний – процесс первоначального накопления информации. Так к 1986 г. в РСФСР количество зафиксированных памятников истории и культуры, находящихся в религиозных объединениях, составило свыше 100 000 единиц, а в Латвийской ССР - 30 000 (из них около 4 000 поставлено на государственный учет). Ныне Латвия – единственная республика, завершившая полноценное обследование религиозных объединений; подобная работа. завершается в Эстонии и Киргизии. Но учетная деятельность не должна сводиться к единоразовому составлению государственных списков выявленных и взятых на учет памятников, так как, во-первых, границы учета расширяются, ибо изменяются хронологические рамки понятия "памятник". К этой категории, как правило, могут быть отнесены предметы, "возраст" которых не менее 50-70 лет. Во-вторых, со временем меняется понимание и эстетическая оценка художественных достоинств произведения. В-третьих, выявление памятников предполагает следующий этап - их научное изучение. Паспортизация, а именно ее можно рассматривать как одну из форм научного исследования, ныне проводится только в РСФСР и Латвии. Наконец, появляются новые собрания.

Государственный учет - прерогатива Министерства культуры СССР и подведомственных ему республиканских министерств; исполнителями выступают различные организации. Обычно эту работу проводят музеи. В РСФСР музеями были обследованы Новгородская, Псковская, Ярославская, Саратовская, Вологодская, Новосибирская и другие области,а церкви Белорусии, например Государственным художественным музеем. Этим же занимаются научно-исследовательские и реставрационные организации при министерствах культуры.Так ВНИИ реставрации, тесно сотрудничает с Исследовательским советом памятников культуры МК Латвийской ССР, Инспекцией музеев и памятников МК Эстонской ССР, НМС по охране памятников культуры МК Литовской ССР, Методкабинетом по учету памятников истории и культуры МК Киргизской ССР, Академией наук Молдавской ССР, организуя совместные экспедиции по обследованию действующих церквей. Управления культуры привлекают специалистов из музеев и реставрационных организаций на основе трудовых соглашений; при остром дефиците квалифицированных кадров эта практика возможна и желательна, но при отсутствии необходимого контроля она чревата получением более чем сомнительных сведений. Таков результат работы Московского областного управления культуры. Обследование и паспортизация были проведены в очень короткие сроки (около 140 объектов за два года). О крайне низком качестве сведений по Московской области свидетельствуют: фиксация в отдельных случаях современных вещей, не относящихся к антиквариату; сомнительные датировки; неверные наименования предметов и названия сюжетов; произвольные категории учета; выборочная, неполная паспортизация и т.д.К работе привлекались не только специалисты, хотя и без соответствующей подготовки, но и просто "случайные" люди - архитекторы, инженеры. Аналогичен негативный "опыт" Украины, Туркмении и Киргизии. Так, из"Сводного перечня памятников истории и культуры" МК Киргизской ССР за 1981 г. следовало, что в республике всего 6 памятников. Во время экспедиций ВНИИР в 1983 и 1985 гг. только в двух областях Киргизии зафиксировано 730 предметов, из которых 131 рекомендован к различным категориям учета, в том числе и к республиканской. Нет сомнений, что в работе такого рода должно быть абсолютно исключено участие профессионально неподготовленных людей. Организация же учета на общественных началах в принципе дискредитирует как идею, так и само понятие "государственный учет".

Не отрегулирован порядок учета. Нередко в одном регионе (республика, край, область) работают сразу несколько групп, что приводит к фрагментарности и "пестроте" материала, ибо методические принципы обследования внемузейных собраний весьма разнятся. Достаточно распространена практика определения памятника по одному критерию: или художественность, или краеведческая ценность, или "древность" и т.п. Встречается и прямо противоположная точка зрения: все, что вносится в документацию, должно считаться памятником. Единственно целесообразно многообразие критериев -художественность, историко-культурная ценность, "древность", уникальность, типичность или редкость для данной территории и т.д.

В учетной деятельности используется несколько инструкций, мало согласованных между собой: "О порядке учета и хранения культурных ценностей, находящихся в пользовании религиозных объединений" (1980), "О порядке учета и хранения памятников истории и культуры (движимых), находящихся в собственности или пользовании государственных, кооперативных, общественных учреждений, предприятий и организаций" (1980), "О порядке учета и хранения движимых памятников истории и культуры, находящихся в личной собственности граждан" (1986); в них предлагаются различные формы документов. Естественно, что при таком количестве инструкций и документов маловероятно выработать общий подход к учету, как и собирать единообразную информацию.

Существуют расхождения принципиального порядка - о назначении учета. Организации-исполнители каждая по-своему трактуют его цели. К сожалению, Министерство культуры определенной точки зрения в этом вопросе не имеет и не выполняет функцию идеологического руководства отраслью.

В отдельных случаях учет мыслится как этап, предшествующий музеефикации памятников, в других его целью является практический контроль их охраны и использования, в-третьих - научные исследования, сбор информации, и в первую очередь документальной: документов, фотографий, иных свидетельств, в которых отражена история памятника. В этом смысле уникален опыт Исследовательского совета памятников культуры МК Латвийской ССР, развивающегося как центр документации. В его деятельности генерируются принципы, определяющие лицо и назначение Центра документации при ЮНЕСКО. Сделать доступной информацию о памятниках республики, которая находится в различных архивах, обеспечить пользователей искомыми сведениями или точно указывать местонахождение интересующих их документов - такова задача Совета. К 1986 г. собрано 27 513 документов. Кроме этого, составляются описи по делам из архивов МК Латвийской ССР, Государственного республиканского архива и др., своего рода указатели, помогающие искать нужные материалы.

Все это, хотя и в несколько утрированной форме, отражает функциональный статус исполнителя (музей, управление культуры, научно-исследовательская организация). Однако, при всем различии установок, есть общее - эти организации не могут решать многочисленные проблемы охраны и использования внемузейных памятников, так как лишены реальных исполнительных прав.

Печальный факт - при нынешнем состоянии государственного учета охрана внемузейных собраний совершенно не гарантирована, поскольку лишена правовой основы .

Беды учета порождены комплексом причин. Один из определяющих, на наш взгляд, факторов – отсутствие теоретической базы. Большинство принципиальных вопросов в союзном "Положении об охране..." сформулировано абстрактно, в полном отрыве от нужд и реалий действительности. А без концепции учета - ясного представления о его сущности, целях и задачах - возможна лишь разрозненная практика, но не организационно-правовая система, как таковая. До сих пор учет воспринимался и воспринимается ныне только как сугубо практическая работа, своего рода разновидность инвентаризации, но отнюдь не как сложные, взаимосвязанные процессы, нуждающиеся в научном анализе. Его развитие шло эмпирически, без каких-либо попыток теоретического осмысления механизма этой деятельности. Поэтому многие ее стороны - правовая, научная или информационная - не получили должного практического развития.

Например,"кабинетная" расплывчатость многих формулировок не имеет практической ценности и юридического смысла.

Так, в "Положении об охране и использовании памятников истории и культуры", утвержденном в 1982 г., нет формулировки понятия "государственный учет"; в статье 13 раздела П "Государственный учет памятников истории и культуры" говорится: "Государственный учет... включает выявление и обследование памятников, определение их исторической, научной, художественной или иной культурной ценности, фиксацию и изучение, составление учетных документов, ведение государственных списков недвижимых памятников". Из этого следует, что государственный учет не более как сумма малосвязанных между собой операций, завершающихся составлением учетной документации и "ведением государственных списков недвижимых памятников". В Положении отсутствует ясное толкование понятий "памятник" и "движимый памятник". Неприемлемо в практике использование дефиниций "памятник истории и культуры" (то, что подлежит государственному учету) и "вновь выявленный объект" (то, что является "результатом" учета); получается, что после обследования "памятник истории и культуры" (потенциальный?) становится "вновь выявленным объектом". Не менее сложно классифицировать памятник как "движимый" или "недвижимый",что может негативно повлиять на условия охраны и его дальнейшую судьбу, К примеру, как характеризовать мемориальные сооружения (надгробные плиты, кресты, стелы) -как движимые памятники, которые в принципе можно перенести на другое место, или как недвижимые, вокруг которых должны устанавливаться зоны охраны? Нет точного толкования понятий "регистрация", "рекомендация к учету", "постановка на государственный учет". Зачастую всем регистрируемым предметам присваиваются учетные категории, не соответствующие их историко-культурной и художественной значимости и по существу фальсифицирующие представление о ценности этих произведений.

Девальвация значимости научной стороны низводит учет до простой регистрации неких условных объектов, которые не всегда возможно идентифицировать даже при наличии документации, а участие сторонних людей (достаточно распространенное явление) ведет к получению недостоверных сведений. Многочисленные терминологические ошибки в названиях предметов или сюжетов, приблизительные "обширные" датировки, сомнительные учетные категории, отсутствие сведений о точном местонахождении предмета на объекте и многое другое не позволяют использовать такую информацию в научных целях.

Не определена информационная функция учета, хотя музейная информатика, как самостоятельное направление, существует уже более тридцати лет и ее достижения весьма значительны. Информационная деятельность никогда не рассматривалась как составная часть учета и, более того, как действенное средство контроля за охраной внемузейных собраний. Если практической целью государственного учета является охрана памятников (а так и должно быть, хотя в "Положении об охране..." МК СССР об этом не упоминается), то выполнение невозможно без знания тех изменений, которые с ними происходят. Очевидно тогда, что учетная деятельность не единовременная акция, а длительный, связанный с "жизнью" памятника процесс. Резюмируем вышесказанное - когда не определены генеральные цели и задачи учета, то есть не ясно, "зачем", оптимально решить вопрос "как" - создать эффективно действующую информационную службу - невозможно.

Компьютеризация информационных процессов действенный путь совершенствования госучета, предполагающий качественно более высокий уровень его организации. Но одна компьютерная техника - не панацея для сегодняшних проблем. На новое качество можно выйти только осуществлением комплекса радикальных мер, которые затрагивают все сферы учета - организационную структуру, юридически-правовые основы, документацию, профессиональную подготовку кадров и т.д.