И нас скоро "рассчитают"

Статья из газеты
Наследие
НАРОДОВ РОССИСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


МОЖНО СТАВИТЬ КРЕСТ?
РЕСТАВРАЦИОННУЮ ОТРАСЛЬ РАСТАЩАТ ПО КАРМАНАМ
27 мая 2009 года проведено заседание коллегии Министерства культуры Российской Федерации «Об актуальных проблемах реставрационной отрасли в Российской Федерации». Впервые за много лет эта тема стала во главу угла. И не от хорошей жизни— реставрационная отрасль катится к пропасти. Все устойчиво работающие центральные реставрационные предприятия получили последнее предупреждение о необходимости акционирования и дальнейшей приватизации. Почти все профессиональное сообщество уверено — приватизация отрасли приведет к исчезновению профессии реставратора. Собравшаяся коллегия Минкультуры оказалась последней соломинкой для утопающих.

Успешно завершив национализацию дворцов и объявив войну храмам, молодая советская власть предопределила широкое поле деятельности для реставраторов и «черную дыру» в государственном бюджете через 80-100 лет:
Общий объем ежегодных средств, выделяемых из федерального и региональных бюджетов на реставрацию и смежные с ней работы, в 2008 году составил около 15 млрд руб. А число находящихся в аварийном состоянии памятников истории и культуры по-прежнему исчисляется десятками тысяч. В России основным инвестором сохранения: памятников является государство и в ближайшей перспективе таковым и останется:
Сейчас по объему реставрационных: работ страна вышла на уровень благоприятного для СССР 1980 года. Казалось бы, все замечательно. Однако вопрос состоит в том, кому выполнять поставленные задачи, где они, научные центры, мощные производственные коллективы, квалифицированные реставраторы?
В СССР к 1980 году работали 97 научно-реставрационных организаций. Эта обширная система начинала формироваться в период восстановления народного хозяйства после Великой Отечественной войны. На работах по восстановлению разрушенных храмов Новгорода и Пскова, дворцов Петергофа и Царского Села создавались постоянные коллективы реставраторов, получившие значительный профессиональный опыт. Славу отечественным реставраторам 1970-1980-х годов принесли масштабные работы по государственным программам возрождения исторических городов «Золотого кольца» и созданию заповедников в Кижах на Онежском озере и в Малых Карелах под Архангельском.
Реставрационная отрасль изначально была полностью ориентирована на государственное финансирование в рамках бюджетного развития культуры. Приспособиться к рыночным условиям она не смогла и едва не приказала долго жить с переходом к рыночным отношениям в начале 1990-х. Из-за резкого сокращения финансирования реставрационных работ многие квалифицированные кадры в поисках куска хлеба ушли в жилищное и промышленное строительство и ремонт. Сегодня мастеров высших категорий, как и персонала для выполнения работ среднего уровня сложности, не сыскать днем с огнем.
Приходится констатировать: при повышении в последние годы финансирования реставрационных работ их качество снизилось. Причина в замене профессиональных реставраторов строителями, в подмене технологий реставрации обычным ремонтом, строительством. Реставрация часто ведется с грубейшими нарушениями методических и технологических норм, без согласованной в установленном порядке проектной документации, что приводит к утрате исторической и культурной ценности памятника.
В рыночных условиях главным критерием выбора подрядной организации для реставрации аварийного объекта стала цена сделки и сроки осуществления работ. Но никто не заинтересован в качественном их выполнении. Без актуальной базы по нормированию производства реставрационных работ невозможно выработать критерии оценки результатов производимой реставрации. Отпущенные на реставрацию бюджетные деньги в итоге растаскиваются по карманам («используются неэффективно»). Кроме того, в нашей стране уже нет отечественных организаций, способных производить современное оборудование и материалы для проведения реставрационных работ. Вся используемая в реставрации специальная техника, инструменты, смеси, растворы теперь привозятся из-за рубежа и часто применяются без технологии.
На этом фоне несколько проектных и производственных государственных предприятий еще пытались сохранить отечественную школу реставрации, демонстрировали высокий профессионализм, воспитывали в своих коллективах достойные кадры.
В реставрационной отрасли сегодня действуют 4 учреждения, подведомственные Минкультуры России. ФГНИУ «Государственный научно-исследовательский институт реставрации» (ГосНИИР) и ФГНИУ «Всероссийский художественный научно-реставрационный центр им. академика И.Э. Грабаря» специализируются на реставрации станковой живописи и музейных предметов. ФГОУ «Суздальское художественно-реставрационное училище» (Владимирская область, Суздаль) — единственное среднее учебное заведение, выпускающее дипломированных специалистов. Из находящихся в ведении Минкультуры России 11 унитарных реставрационных пред
приятий только 6 работают стабильно: ФГУП «Центральные научно-реставрационные проектные мастерские» (ЦНРПМ); ФГУП «Межобластное научно-реставрационное художественное управление» (МНРХУ); ФГУП «Институт по реставрации памятников историй и культуры «Спецпроектреставрация»; ФГУП «Центрреставрация»; ФГУП «Научно-производственная фирма «Ресма»; ФГУП «Управление производственно-технологической комплектации и механизации «Центрреставрация».
Число занятых на этих предприятиях профессионалов не превышает 1000 человек. И это на всю страну. Число реставрационных организаций, подведомственных органам исполнительной власти субъектов Российской Федерации, крайне незначительно и зависит от появления конкретных проектов. Основными подрядчиками реставрационных работ выступают различные частные структуры, число выданных им лицензий составляет около 3 тысяч, но реально действуют не более трети.
В условиях предстоящего акционирования государственных предприятий уже наблюдается дезорганизация их работы. Эффект от привати¬зации реставрационных предприятий не может быть существенным. Проектные реставрационные организации не располагают никаким имуществом, кроме карандашей. Их главное достояние — опыт работы, овеществленный в научно-проектной документации, которая представляет главный производственный актив проектных предприятий. Однако по закону плоды интеллектуального труда не могут почему-то входить в уставный капитал образуемых акционерных обществ, а отправляются пылиться в госхранилище, где их использование в практической деятельности будет чрезвычайно затруднено.
Результатом окончательного упразднения государственных реставрационных организаций станет системный провал в реставрационной науке: некому будет вести методическое обеспечение реставрации, ее нормирование, оценку заданий и приемку работ, а также подготовку кадров и депозитарное хранение накопленной за годы деятельности советских реставраторов проектной документации.
Не стоит забывать, что памятники истории и культуры относятся к зданиям и сооружениям, в   значительной степени превышающим всякие сроки эксплуатации. Поэтому к сфере реставрации не применимы положения СНИП, СП и других нормативно-методических документов, принятых в строительстве. Так, в современных справочных изданиях и инженерно-строительных курсах расчеты и усиление классических сводов как «устаревших конструкций» не рассматриваются вообще. Между тем большинство храмов в России имеют крестово-купольную конструктивную основу из трех- или пятипролетной арочной системы. И кому теперь прикажете отвечать за техническое состояние сводчатых потолков XVI-XVII веков?
Длительное отсутствие государственного внимания к реставрации привело к быстрому старению нормативно-правовой базы. Действующие сегодня реставрационные нормы и правила, обязательные для применения при проведении работ, приняты еще в советское время, причем некоторые еще в 1950-х годах. Требуется срочное обновление целого вороха нормативных документов. При этом организаций, способных на должном уровне выполнить такую работу, требующую специальных юридических и практических познаний, за исключением федеральных учреждений и предприятий, так и не появилось и не может появиться, потому что эти мероприятия финансируются из прибыли.
Реставрационный процесс ведется исключительно в целях сохранения памятника. Он отличается от строительства взаимодополняемостью различных практически самостоятельных стадий — камеральных и натурных исследований, научно-исследовательского проектирования. И только потом наступает черед производства ремонтно-реставрационных работ. Исследования при реставрации объекта выполняются на протяжении всего процесса и могут по затратности достигать половины от общего объема работ. Наукоемкость и постоянный индивидуальный контроль — основное и принципиальное отличие реставрации от обычного строительства или реконструкции объекта капитального строительства. Производство реставрационных работ также отличается от строительства сроками и продолжительностью отдельных видов реставрационных действий и как следствие их стоимостью. Нет ничего удивительного в том, что стоимость реставрации объекта в 3~5 раз дороже строительства аналогичного объекта в современных материалах и конструкциях (этим объясняется появление множества новодельных палат в той же Москве).
Специалистов-реставраторов, работавших в реставрации всю свою жизнь, осталось не так уж и много. Их становится все меньше в силу возраста. Подготовка реставраторов —- сложный и продолжительный процесс, включающий в себя кроме теоретического обучения производственную практику с использованием специальной производственной базы. Чтобы сохранить квалифицированные кадры реставраторов по всему спектру специальностей, необходимо обеспечивать хотя бы минимальный уровень финансирования объектов.
Потенциальных будущих реставраторов отпугивает недооценка труда в отрасли. При высокой требовательности к качеству реставрации по сравнению с общестроительными работами оплата труда специалиста-реставратора не превышает оплату аналогичных строительных операций, а срок получения реставрационной специальности больше! В таких условиях привлечение кадров из числа молодежи становится проблематичным. Специалисты могут совершенствовать себя только в достаточно крупных государственных производственных коллективах. В малочисленных частных организациях не рентабельны ни оснащение производственной базы, ни достаточная численность трудового коллектива, ни труд молодых специалистов.
Худо-бедно все перечисленные проблемы решались государственными реставрационными предприятиями. Акционирование горстки стабильных производственных коллективов приведет к их разрушению, к распаду на мелкие частные предприятия. Возможно, они выживут какое-то время за счет индивидуального профессионализма и повышения интенсивности работы, но потом не выдержат потогонной конкурентной системы распределения заказов.
Похожий сценарий уже пройден в странах Восточной Европы и в прибалтийских республиках бывшего СССР. Когда-то мощнейшей структурой на международном реставрационном рынке являлся польский холдинг «PKZ». Его специалисты работали по всему миру; В СССР он прославился реставрацией старой Риги и Таллинна. В 1990-е годы холдинг распался на 20 небольших предприятий, которые так и не преуспели. Сейчас их выживают даже из Польши фирмы соседних: стран.
Этот пример показывает, что при реорганизации реставрационной отрасли в нашей стране следовало бы ориентироваться не на Польшу, а на страны более высокого уровня, например, Францию и Италию, где успешно действуют государственные реставрационные учреждения, охватывающие все направления реставрационной работы и остающиеся методическими центрами для частных реставрационных компаний.

Решение коллегии - направить в Правительство Российской Федерации и Минэкономразвития России предложения о нецелесообразности приватизации шести реставрационных государственных унитарных предприятий в текущем году. А в целом прошедшая коллегия показала, что Минкультуры России не готово противостоять процессу развала реставрационной отрасли, так как не имеет ни рычагов, ни средств и радикальных идей, чтобы в корне преобразовать подведомственные унитарные предприятия по реставрации в единое реставрационное учреждение по типу Центрального института реставрации (ICR) в Риме. И российскую реставрацию, скорее всего, ждет судьба приснопамятного польского концерна «PKZ».




ЧТО ГОВОРЯТ ПОСЛЕ КОЛЛЕГИИ ПРОФЕССИОНАЛЫ

С.Б. Куликов, главный архи тектор Центральных научно-реставрационных проектных мастерских (ЦНРПМ):
До 1991 года существовало много разнообразных федеральных и региональных организаций, занимающихся реставрацией. Практически все из них пошли по пути акционирования. И где они сейчас? Где их базы, люди, материалы? Ничего нет, потому что эти организации растворились. У них не было работы столько, сколько надо, не хватало денег, потому и люди разбегались по шабашкам. Остались последние шесть ГУПов (в том числе и ЦНРПМ), которые сейчас также могут закончить свое существование. И если это случится, то на советской и российской реставрации можно ставить крест. За акционированием последует  приватизация, когда акции попадут на рынок. Тогда их купит некое частное лицо или компания, и тогда нет никаких гарантий, что они будут заинтересованы в реставрации, ведь если подумать, это невыгодно и очень хлопотно. Зато они явно заинтересованы в каком-то активе организации, например, в помещениях. Начнутся переселения реставраторов. На меньшие площади, конечно. А любой переезд равноценен двум пожарам. Архив два раза перенести — считай, убить его. Сейчас наши архивы — растущий, вечно обновляющийся механизм, и в них содержится информация о памятниках лет за 60. Это некая опора для сохранения, проектирования и понимания памятника. Если его положить мертвым грузом в каком-нибудь Росархиве, то мы потеряем часть знаний.



С.В. Филатов, директор Межобластного научно-реставрационного художественного управления:
Никаких перспектив у акционирования реставрационной отрасли России нет. Будут развалены немногочисленные все еще живые организации, занимающиеся реставрацией. А ведь их можно пересчитать по пальцам, в том числе это и наша организация, которая единственная в России занимается реставрацией монументальной живописи. Это делается и для того, чтобы присвоить большие площади в центре Москвы, которые занимает наша организация. Идея о переходе на акционирование появилась еще в 2003 году при Касьянове, и с тех пор ее хотят претворить в жизнь. Это будет означать полную ликвидацию реставрации как отрасли.